Hynaria
Драконы не существуют, но не существуют они по-разному. ©
Это прекрасно ящитаю)

Занимательная Химия (участвуют все ТИМы)

- Я неон! Я неон!
- А я фейхоа, - пробормотал Робеспьер, подсчитывая количество протонов в ядре.
- Я знаю, кто ты! Ты – технеций! – воскликнул Гюго, помахивая таблицей Менделеева.
- Где ты взял эту бумажку? – недоуменно спросил Роб. – Такие таблицы выпускали году в восьмидесятом. Современные таблицы обычно дописано до дармштадтия, а здесь…
Гюго махнул орбитой, из-за чего все электроны радостно взметнулись и рассыпались по орбитам.
- И вообще, ты меня слепишь. Неметалл, - ухмыльнулся новоявленный технеций.
Не успел Гюго возмущенно засветиться в ответ, как на горизонте послышалось громкое шипение.
- Сера на горизонте!
Робеспьер подобрал орбиты и улепетнул в темное пространство. Сера тем временем еле успела затормозить перед перепугавшимся неоном.
- Дон?! – выдохнул Гюго.
- Там Жуков-фтор, самый сильный окислитель! – прокричал Дон Кихот и поспешил вслед за Робом.
- Я тебе сейчас покажу общую электронную пару вместе с Есениным!!!

Гюго покачал ядром. Надо срочно найти Есенина и сделать Жукова восстановителем. Только Лирик-кислород еще через все элементы пройдет, считая, что соединения с ним – самые лучшие.
- Или Дюмашечку позвать, - грустно пробормотал неон.
- Дюма? Зачем Дюма?
Рядом стоял Максим. Гюго прикинул электронами и выяснил, что Горький – актиноид. А ежели актиноид, то…
- Эйнштейний я, эйнштейний, - раздраженно ответил на его мысли Макс. – Слезь с меня. А Дюма – иод. Только фтор его все равно окислит.
- А Гамлет где?
- Углеродом себя вообразил. Органика. Я пошел уровень дополнять.
Гюго, глядя на огромную формулу, доходящую до седьмого s-подуровня, восхищенно сказал:
- Ну иди, эйнштейний.

Неон только присел, чтобы отдохнуть от всех реакций, как вдалеке кто-то радостно сверкнул зелеными огоньками.
- Фосфор! - вскочил Гюго. – Гексли!
- Фу ты, фонарики несчастные. Хоть бы к металлам шли.
Гюго зажмурился.
- Чем таким противным пахнет?
- Бальзак у нас теперь мышьяк, - скривившись, ответил Гексли.
Бальзак плотоядно ухмыльнулся и обдал Гюго ядовитыми парами, заранее зная, что неону будет только противно. Гюго показал в спину Балю фиолетовый язык и заорал:
- Пати до утра! У нас есть мощное освещение!
- Молчать, - ответили из темноты. – Говорит германий.
- То есть Штирлиц, - шепотом заметил Гексли.
Неон с фосфором от возмездия подальше попятились и наткнулись на что-то газообразное.
- Где Баль?!!! – гаркнули на них сзади.
- Ты водород, тебе лучше знать, - заикаясь, ответил Гюго.
Наполеон нахмурился и попытался отобрать у него электрон. К сожалению, не получилось в силу природы. Он зарычал.
- И с какой стати, мой неончик?
- А ты первый, с самого верха таблицы смотришь.
Водород самодовольно улыбнулся и, растолкав двух светлячков, уплыл все в ту же темноту.

- ...А Дост с Габеном где ходят?
- Нигде они не ходят, - хмыкнул Гексли. – Как были на 34 и 94 номерах, так и стоят.
Гюго с Гексли переглянулись и захохотали. Наверное, от всех встреченных сегодня элементов орбиты чуть сдвинулись набок. По крайней мере, так раздраженно крикнул Бальзак, вырываясь от Напа, которому, как и всем водородам, нужен был только электрон.
- Слушай, - внезапно остановился Гюго. – Мы вообще где?
- Вы на моем месте, - раздался ледяной голос около них.
Два элемента мелко затрясло от осознания происходящего.
- Палладий, - начал икать бедный неон.
- Если ты палладий, - не стушевался и обратился к Драйзеру Гексли, - то Джек тогда кто?
Рядом с Драем высветилась шикарная блестящая улыбка.
- А я золото, дорогой мой. И я бы не прочь был взять у тебя электрон за аренду помещения.
©

@темы: социойога